Уход из Госфинуслуг замглавы Татьяны Мосейчук — одно из главных событий на финансовом рынке страны прошлой недели. В интервью «ДЕЛУ» госпожа Мосейчук рассказала, за что ее уволили и почему Госфинуслуг нужен новый руководитель.

– По официальной причине, вы ушли из Госкомиссии по регулированию рынков финансовых услуг (Госфинуслуг) по собственному желанию. Хотелось бы узнать неофициальную…

– Я не скрываю, что ушла из Комиссии из-за того, что меня лишили ряда полномочий. Заместителям руководителя Госфинуслуг перераспределили обязанности. Координацию всей нормативно-методологической работы ведомства, которой я занималась, теперь должен был осуществлять другой человек. Проще говоря, раньше через меня проходили все законопроекты и прочие нормативно-правовые документы, которые выдает Комиссия. После перераспределения полномочий я выпадала из процесса подготовки всех нормативных актов Госфинуслуг. А во многих из них были воплощены мои идеи. Я думаю, вы понимаете, что когда такую работу передают в другие руки, то становится просто неинтересно работать. В сфере моей компетенции остались только вопросы международного сотрудничества и евроинтеграции.

– Прокомментируйте, пожалуйста, заявление руководителя Госфинуслуг Валерия Алешина о том, что вы сорвали подготовку некоторых очень важных нормативных актов…

– На самом деле, речь шла о согласовании этих документов с другими органами законодательной власти. Но это не мои обязанности! Когда в отношении меня возбудили служебное расследование, я пошла к Алешину и показала ему его приказ, согласно которому полномочия по взаимодействию Комиссии с другими органами власти возложены на другого зама (согласно тексту документа, это первый заместитель председателя Госфинуслуг Андрей Литвин. — «ДЕЛО»). Глава Госфинуслуг согласился и отменил приказ о служебном расследовании.

Вообще, я хочу сказать, что утечка информации о лишении меня полномочий и служебном расследовании в средства массовой информации была неслучайна и подготовлена, чтобы оказать психологическое давление.

– Подготовлена кем?

– Я бы не хотела называть имен.

– Говорят, что чиновники правительства также были недовольны вами, поскольку считали, что вы затянули подготовку нового закона «О страховании»…

– Кабинет Министров поставил нам такое задание — разработать новую редакцию закона «О страховании» с целью адаптации его к европейскому законодательству. Мы это сделали — в первый раз вынесли документ на рассмотрение Комиссии еще в ноябре прошлого года. То есть говорить, что задание не выполнено, нельзя.

Но вносить законопроект на рассмотрение Верховной Рады в том виде, в котором он пребывает сейчас, неразумно. Внедрение европейских норм — очень тонкая вещь. Все восточноевропейские страны несколько лет проводили подобные законы и принимали их только накануне вступления в Европейский Союз. Нужно провести множество консультаций с участниками рынка, учеными. На это необходимо, по моим подсчетам, еще полгода. Но почему-то нам времени не дают.

– Как вы считаете, почему?

– Это тоже бюрократические игры. Я не считаю, что отношения Украины с Евросоюзом пострадают, если новая редакция закона будет принята на несколько месяцев позднее.

Но импульсы идут не из правительства. Просто в Госфинуслуг кто-то желал, чтобы Мосейчук обвинили в медленной работе. Или, наоборот, хотели заставить меня поторопиться, чтобы я подала в Кабмин недоработанный законопроект, который затем отклонили бы. С комментариями: «Вот, посмотрите, как плохо Мосейчук работает!»

– Скажите, а такая борьба за власть была в Госфинуслуг и при Викторе Суслове или началась только с приходом Валерия Алешина?

– Когда в Госфинуслуг пришел Алешин, то всем в ведомстве стало понятно, что кадровые изменения будут. Но я хочу сразу сказать, что мою отставку инициировал не Алешин. Он не имеет к этому никакого отношения.

Просто кто-то в Комиссии хочет бросить тень на меня и всех тех, кто работал в одной команде с Виктором Ивановичем Сусловым. Схема уже знакома: определенный человек «сливает» нужную информацию в одну известную ежедневную деловую газету, которая затем раздувает скандал. Такая картина, например, наблюдалась, когда из Комиссии уходил Суслов.

– Это правда, что в Госфинуслуг есть некая «пятая колонна», которая при нынешнем главе Комиссии поддерживает Суслова?

– Коллектив, который сейчас работает в Госфинуслуг, формировался при Суслове. Все задачи по выведению рынка небанковских финансовых учреждений на международный уровень ставились именно тогда, когда Комиссию возглавлял Суслов. При нем была создана Госфинуслуг — и физически, и интеллектуально, и даже эмоционально.

– На вас вешают ярлык «человека Суслова» в Госфинуслуг? Вы его принимаете?

– Да. Я работала в команде Суслова, и мне приятно об этом говорить.

– А что в Госфинуслуг поменялось с приходом в Комиссию Алешина?

– Например, разные дискуссионные вопросы в Госфинуслуг, которые требуют понимания у рынка, сейчас проходят намного сложнее. Политика принятия решения стала более осторожной, чтобы не навредить чьим-то интересам.

– А какими методами действовал Суслов?

– Он последовательно проводил политику внедрения стандартов надзора, которые признаны лучшими в международной практике регулирования. Его очень уважают участники рынка. Это многое решало. Более того, он был настоящим политиком в принятии решений — знал, что можно сейчас провести, а с чем стоит повременить.

– А Алешин?

– Алешин — очень демократический человек. В этом его огромный плюс. Но я считаю, что наши возможности (и регулятора, и рынка страхования. — «ДЕЛО») значительно бы усилились, если к руководству Госфинуслуг пришел бы сильный, волевой, энергичный руководитель-политик.

– Где вы будете работать?

– Я пока не буду говорить.