Зачем нужен новый закон и каких нововведений ожидают от него страховщики, — об этом журналу «Страховой Клуб» рассказал один из его разработчиков Юрий Гришан, руководитель СК «Ильичевская» и СО «Ильичевское»

— Почему, на Ваш взгляд, возникла необходимость в новой редакции Закона «О страховании»?
— За прошедший год накопилось  много проблем в законодательстве, которое  регулирует страховую деятельность.
Постоянно дискутируются вопросы налогообложения страховой деятельности. Сейчас вновь речь идет об отказе от 3%-го налога на страховые платежи в пользу налога на прибыль. Хотя еще совсем недавно советники Юлии Тимошенко заявляли о том, что существующая система налогообложения является некоррупционной, открытой, прозрачной и требует лишь дифференциации ставок для разных видов страхования. Такой подход позволял ввести, например, 10%-ю ставку для платежей по финансовым рискам и 1%, а то и 0% для платежей по личному страхованию. Ведь, согласитесь, если государство не в силах обеспечить человеку гарантированное Конституцией бесплатное медицинское обслуживание и человек сам его оплачивает, покупая страховку, он вправе рассчитывать на налоговые преференции. Тем более что убыточность медицинского страхования очень высокая. В нашей компании она составляла 87% за февраль. Страховщику заниматься этим видом страхования сложно и дорого, требуется привлечение значительных материальных и человеческих ресурсов. 
В течение всего прошлого года живо обсуждался вопрос участия страховых компаний в системе  негосударственного пенсионного обеспечения. В результате появился законопроект, согласно которому страховщики фактически не имели бы права участвовать в стадии накопления. Это не отвечает действующему на сегодня законодательству, согласно которого страховщики выступают полноправными участниками НПО, продавая пенсионные накопительные продукты. Запретить это в Украине было бы безрассудством.
Еще одной неожиданно «выстрелившей» для страховых компаний проблемой стало ужесточение требований к размещению резервов. Я понимаю позицию государства, когда оно вводит квоты на размещение страховых резервов в тех или иных активах. Но я не понимаю, зачем ограничивать размещение депозитов страховщиков несколькими банками, имеющими национальный кредитный рейтинг? В чем здесь заключается экономическая целесообразность?
Таких проблемных вопросов накопилось много, они падают на страховой рынок как из рога изобилия,  фактически ставя классический страховой бизнес в колоссально невыгодное положение. Особенно остро ощущают это на себе такие компании, как наша, недавно вышедшая на рынок, исповедующая только классическое страхование. 
— Как именно сказывается нестабильность законодательства на деятельности Вашей компании?
— При расчете бюджетных показателей компании на следующий год мы ориентируемся на действующее законодательство. И когда вдруг в середине года меняются «правила игры», правительство вдруг пытается ввести новые налоги или неожиданно изменяются нормы резервирования, то ставится под угрозу выполнение обязательств страховой компании перед страхователями и партнерами по бизнесу.
Мы не против «новых правил игры», но только в том случае, когда они вводятся цивилизованно, когда законодателем предусматриваются переходные сроки, когда у страховщиков есть время подготовиться.  
— Но почему новые нормы законодательства часто оказываются неожиданностью для страховщиков? Ведь обычно в рабочие группы, которые создаются для разработки законопроектов, входят представители страховых компаний.
— Я был включен в рабочую группу, котора
я должна была разрабатывать новую концепцию негосударственного пенсионного обеспечения. Ее возглавлял один из членов Госфинуслуг. Я ни разу так и не был приглашен на заседание этой рабочей группы. Позиция страхового рынка так и не была учтена при разработке этой концепции. К мнению страховщиков так никто и не пожелал прислушаться. В результате появился законопроект, который, по сути, запретил пенсионное страхование.
Когда мы разрабатывали негосударственную накопительную систему пенсионного обеспечения для комбината Ильича, то решили создавать страховую компанию, как структуру наиболее полно отвечающую интересам работодателя и работника предприятия, а не пенсионный фонд. Ведь активы пенсионного фонда могут и не принести ожидаемого дохода, и тогда человек получит пенсию меньшую, чем ожидал. А страховщик-life в любом случае обеспечивает своим клиентам указанные в договоре выплаты.  Еще одно преимущество страховой компании — это разнообразие продуктов, которое она может предложить своим клиентам. Сегодня в структуре портфеля СК «Ильичевская» только 15% пенсионных договоров. Все остальное — это те или иные продукты по страхованию жизни. И это разнообразие, этот страховой супермаркет привлекает потребителя. У пенсионного фонда нет таких возможностей.
А в целом, на мой взгляд, потенциальный клиент негосударственной пенсионной системы должен сам определиться, какой ему нужен продукт, куда он хочет вложить свои деньги — в пенсионный фонд или в страховую компанию. Законодатель не вправе лишать его права выбора.
— Как, по Вашему мнению, новая редакция Закона «О страховании» отразится на работе украинского страхового рынка? 
— Новый закон, во-первых, позволит гармонизировать наше законодательство с законодательством ЕЭС, а во-вторых, может разрешить те проблемные вопросы, о которых я говорил. Уже первое заседание рабочей группы Госфинуслуг, посвященное новой редакции Закона «О страховании», показало, что страховщики должны  определиться — продолжать ли заниматься пенсионным страхованием или заявить о себе как о полноправных участниках негосударственного пенсионного обеспечения,   пройти лицензирование, получить право выполнять функции компании по управлению активами.
На мой взгляд, необходимо, чтобы новый Закон предоставил Лиге страховых организаций Украины статус саморегулируемой организации с правом участвовать в обсуждении всех нормативных и законодательных актов, которые разрабатываются центральными исполнительными органами власти. Можно создать специальный координационный орган, в который будут входить представители министерств, ведомств и СРО. Ведь многие участники Карпатской конференции говорили о том, что страховые компании присылают в Госфинуслуг свои замечания, но их никто не видит и никто не учитывает. А такой координационный орган даст возможность собрать в одной комнате, за одним столом представителей рынка и различных ведомств, Госфинуслуг, Минфина, Минтруда для того, чтобы совместно обсуждать законопроекты, находить компромиссные решения по проблемным вопросам, дабы не допускать появления «сырых» законов и нормативных актов ведомств.
— А почему, на Ваш взгляд, Госфинуслуг так слабо коррелирует свои действия с рынком?
— Во-первых, Госфинуслуг — молодое ведомство. У меня за плечами 12 лет стажа работы на государственной службе.  Я видел и периоды становления государственных органов, и периоды их незрелой работы. Комиссия, как госорган, еще не до конца созрела для полноценного сотрудничества с субъектами рынков, которые она регулирует.
Во-вторых, Госфинуслуг является зависимым ведомством в системе государственных органов власти. Через это Комиссия не всегда может выдержать давление других министерств и ведомств, часто идет на поводу у правительства или отдельных чиновников. Поэтому мы договорились в ЛСОУ предавать огласке фамилии тех чиновников в правительстве, которые не хотят  прислушиваться к мнению рынка. Мы намерены в ближайшее время их всех посетить, задать вопросы относительно всех законодательных коллизий и услышать вразумительные ответы.
В-третьих, сами страховщики не всегда достойно отстаивают свою позицию. Когда нас практически оттеснили от разработки концепции государственного пенсионного обеспечения, нужно было потребовать отставки определенных чиновников, обратиться с этим требованием  к Президенту, Премьер-министру. Ведь были нарушены нормы этики государственного служащего, которые, кстати, документально закреплены. Согласно им государственный служащий не имеет права действовать в интересах третьих лиц. А наши государственные служащие часто настойчиво отстаивают эти интересы.
На мой взгляд, после всех тех законодательных коллизий, которые преследовали страховщиков в последнее время, мы  должны сделать соответствующие выводы. Мы не проявили  достаточной настойчивости в отстаивании своих интересов. Нам нужно изменить свое отношение к действиям государства, дескать, власть «шалит», власть недодумала, недосмотрела. Нужно заставить государство считаться с мнением страхового рынка. Нужно, чтобы власть предержащие, принимая решения, думали о тех социально-экономических последствиях, которые эти решения могут вызвать. Ведь если все страховщики сейчас начнут переформировывать свои резервы в соответствии с новыми требованиями, то несколько страховых компаний просто исчезнут с рынка. А ведь за ними стоят клиенты. Кто будет выполнять обязательства перед страхователями? Кто будет отвечать за последствия скандала, который наверняка разгорится, если эти обязательства не будут выполнены?
— А как в новом Законе «О страховании» будут решены вопросы перестрахования?
— На мой взгляд, перестраховочные платежи не должны налогооблагаться. Если перестраховщик-нерезидент отвечает требованиям украинского законодательства, имеет международный рейтинг, то страховщик не должен платить налог и нести  дополнительные затраты, так как платеж, отданный в перестрахование, не является его доходом. Сегодня платежи по рискам, которые передаются в перестрахование рейтинговым нерезидентам, не уменьшают базу налогообложения, т.е. мы платим 3% налога с этой суммы, а риски, которые передаются в перестрахование нерейтинговым нерезидентам, облагаются дополнительно еще 3% налога, за якобы ненадежность перестраховщика. О какой прибыльности классического страхового бизнеса можно говорить в таких условиях? А в абсолютном выражении  эти налоговые отчисления превышают те платежи в бюджет, которые бы платили страховщики при 25% налоге на прибыль. 
А ведь налоги — это не единственные затраты страховщика. Классические компании тратят колоссальные средства на содержание агентской и филиальной сетей, на программные продукты и их усовершенствование. Почему же мы должны еще платить налог за надежную, подтвержденную высокими рейтингами зарубежную перестраховочную защиту, а ведь ни одна отечественная страховая компания до сих пор не имеет рейтингов, которые требует украинское законодательство от зарубежных партнеров. Таким образом, нас заставляют покупать менее надежную перестраховочную защиту на украинском рынке. Через налоговую систему наш регулятор пытается стимулировать развитие внутреннего страхового рынка. Нам говорят: размещайте риски внутри Украины, чтобы не платить налог. Но есть крупные риски, авиационные, морские, производственные, которые не в состоянии поглотить наш страховой рынок, и фактически  «налоговое стимулирование развития внутреннего страхового рынка» приводит к значительному удорожанию таких страховых продуктов.
— Какой выход из этого положения? Ведь в рамках Закона «О страховании» невозможно отменить налогообложение перестраховочных платежей…
— Да. Поэтому вместе с новой редакцией этого закона на рассмотрение депутатов должен быть вынесен пакет изменений к другим законодательным актам, регулирующих пенсионное обеспечение, налоговые ставки и т.д. Новый закон «О страховании» должен решить концептуальные проблемы страховой отрасли. А механизмы этих решений   будут запущены через профильные законы.

В 2005 году ОАО «СО «Ильичевское» стало лауреатом премии «Украинский Финансовый Олимп» в номинации «Разработка и продвижение нового социального пакета страховых услуг». Редакция журнала «Страховой Клуб» искренне поздравляет руководителя компании Юрия Гришана с этой наградой!